Enough

Sep. 25th, 2017 08:26 am
angerona: (Default)
[personal profile] angerona
 Как я уже писала, в последнее время такое впечатление, что вокруг одни constitutional scholars.  Про DACA, например, только и слышно было: "такие решения должен принимать конгресс, а не президент!"
 
Ну то есть не президентское это дело, по их мнению, издавать указы открывающие или закрывающие иммиграционные пути определенной группе людей.
 
Большинство из этих же людей полностью поддерживает указы Трампа закрывающие не только иммиграцию, а и вообще вьезд в Америку людям из определенного списка стран.   С этим все конституционно по мнению этих же диванных "constitutional scholars".  
 
И я знаю, что ничем их не переубедишь и не покажешь даже, насколько все это нелогично и абсурдно.  
 
Впрочем, я уже дошла до точки, когда я не хочу переубеждать, а хочу по большей части исключить таких людей из общения.  В коцне концов, для меня дружба и общение -- в общности values и во взаимной поддержке.  А я не могу расчитывать ни на поддержку, ни уж точно на общность values с теми, кто отказывается даже задуматься над нелогичностью и невежеством своих "убеждений" ("убеждения" в кавычках специально -- на самом деле это не убеждения, а заботливо вскормленные knee jerk reactions).  Зачем мне такие люди вокруг?  А если им понадоблюсь я, то это уж пусть они переступают через свои идеи, а не я.
 
С меня хватит.   

The Chronicles of Nambia

Sep. 20th, 2017 03:31 pm
angerona: (Default)
[personal profile] angerona
I don't know what it says about today's world when it no longer's even major news when the US President speaks to African leaders and talks about a non-existing "African Country" that's doing "very well" -- Nambia.

Namibia?
Zambia?
Narnia?

You take your guess.  

Yom Hazikaron

Sep. 20th, 2017 11:30 am
angerona: (Default)
[personal profile] angerona
Даже когда я еще не отмечала еврейский новый год -- да и даже не знала про него (много ли мы знали про иудаизм в Советском Союзе?  Не то, чтоб я сейчас отличалась особыми знаниями) -- и тогда сентябрь был для меня значительным месяцем в году -- временем вспоминать, что случилось за прошедший год и задумывать про год грядущий.    Связано это, конечно, не столько с моей внутренним еврейским летоисчислением, сколько тем, что мой день рождения как раз в сентябре -- как правило где-то между Рош Ашаной и Йом Киппуром (ну или прямо в один из этих дней). 

Раньше я мысленно перечисляла признаки своего роста (даже просто физического) -- что основное и новое я узнала?  
Чему научилась?    Что попробовала из того, чего раньше боялась?  (например -- подойти к группе детей на детской площадке и заговорить с ними). 

Потом, с переездом в Америку -- то есть с планируемым переездом в Америку, -- когда я впервые побывала в синагоге на services -- в Харьковской старинной синагоге, в 1992м году все еще больше напоминающей большой спортзал, стоя за непонятной ширмочкой, которой женщины были отделены от мужчин и от раввина -- я думала о приблежающихся изменениях и даже не могла загадать, как я буду отмечать через год. 


И уже через год -- в переполненной реформисткой синагоге, снаружи напоминающей почти прилегающие к ней строения Mira Costa Community College (где я тогда брала дополнительные классы) -- я думала о том, как же все изменилось, и опять с волнением загадывала, что и как будет меняться дальше: что через год в это время я буду уже подавать заявки в колледжи, а потом через год уже буду, если повезет, студенткой колледжа, а потом...  -- "а потом, наверное, когда-нибудь все перестанет меняться за год так радикально."

Но и потом были свои изменения: новые работы, новые отношения, новые дома и новые дети.  И трудности и радости, и подведение итогов и планы о том, как продолжать меняться и расти.

В последние годы изменения, к сожалению, далеко не такие радостные.    Два года назад в Йом Киппур умер мой сотрудник Фил.  Я его здесь в записях называла "Федей", но на самом деле его звали Фил, и сейчас, когда его нет, кажется неправильным не использовать его настоящее имя.  Вот такая у меня была нехитрая конспирация.  Мне вчера позвонил один из контракторов, который работал тогда с нами с Федей вместе -- вспомнить и поговорить и пожелать Шана Това у Метука.

Год назад в Рош Хашану делали операцию моему любимому дедушке Мише.   Утром, перед тем как идти на services с детьми, я позвонила дедушке.  Он как раз ехал в госпиталь -- его везла моя мама -- и оба они были в отличном настроении, с надеждой и настроем на лучшее.  Мы очень хорошо поговорили и посмеялись о чем-то, хоть я и не помню о чем. 

А потом, после services, пока мы шли к озеру на церемонию Ташлих, мне позвонила мама (кажется, мама.  Но может брат?) сказать, что операция прошла неплохо, только либо сразу после операции, либо еще во время нее, у него случился массивный инсульт, и прогнозы на будущее как-то не очень хороши.  И я помню, как стояла растерянная возле озера, пока дети бросали сухарики в воду, и рассказывала про это своему свекру, который как раз был тогда у нас в гостях. 


А детям пока не говорила, надеясь, что каким-то невообразимым образом все  обойдется, и можно будет рассказать "потом, когда все будет уже хорошо."


И как потом, на следующий день, придя на services опять уже сама, рассказала об этом раввину.

В день Йом Киппура в прошлом году я постилась, молилась за здоровье дедушки и других родственников, и летела в Калифорнию, побыть с ним в больнице.  Его уже перевели в обычную палату из ICU, но он был парализован с левой стороны, и анализы крови каждый день ухудшались.  Дедушка иногда спал, а иногда просыпался и просил встать или дать ему кусачки -- он всю жизнь был мастером-ремонтником абсолютно всего -- чтоб он мог перекусить провода, мешавшие ему и приносившие ему боль.  Иногда он разговаривал, но немного -- ему было тяжело говорить и тяжело дышать.  Он нас всех узнавал и многое помнил, но в то же время он уже был не совсем с нами и не совсем он. 

И даже в этом своем "не совсем уже он", дедушка все же оставался собой в самых своих невыразимо прекрасных чертах:  он заботился о других, он иногда даже старался шутить, он говорил мне спасибо и целовал мне руку, он старался не жаловаться несмотря на постоянную боль.  Уже совсем в последние дни, когда ему отключили питание и оставили только на кислороде, чтоб помогать дышать, и на морфии, чтоб снимать хоть немного боль -- когда уже не так важно было его постоянно переворачивать в предосторожности от пролежней -- одна из медсестер спросила, хочет ли дедушка, чтоб его повернули на другой бок опять или чтоб оставили как есть.   Пусть делают "как им легче" -- ответил дедушка.  Как им легче!  Не ему.

Через неделю после моего приезда, дедушка Миша умер.  Мир ему и память ему навсегда и любовь нас всех.

И сейчас, когда опять пришло время вспоминать и подводить итоги, я вспоминаю дедушку, и я вспоминаю все, что произошло за прошлый год.  Наверное, это был трудный год.  Год перемен (не всегда к лучшему).  Год выборов и политики -- когда мой личный мир во многом сильно изменился из-за мира внешнего.  Год пересмотра и переоценок людей и отношений -- тоже из-за политики и мира внешнего.  Год разачарований.  Год идей и начинаний, которые растворились, не успев начаться.  Год попыток, которые пошли в никуда.  Год волнений за близких (операция на сердце у папы, здоровье мамы, настроение бабушки и т.д.). 

Но и год для себя: понимания того, что мне важно, что я хочу в жизни и для чего.  Год семейных туристических поездок с друзьями и родителями (аж три!  Для нас это много: в Вашингтон D.C., Францию и Сан Франциско)И год продвижений и успехов у детей.  Теперь их очередь расти, узнавать новое и учить новому меня.

И пусть новый год... пусть новый год будет не хуже, а лучше.  Здоровья всем и счастья.  Шана това у метука.

И простите меня все, кого я обидела. 

Profile

janya: (Default)
janya

February 2017

S M T W T F S
   1 234
567891011
12131415161718
19202122232425
262728    

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Sep. 25th, 2017 01:09 pm
Powered by Dreamwidth Studios